Эрнест Хемингуэй научил её курить сигары.

Джеймс Дин – бешено водить автомобиль.

Пепе Тус научил её любить детей.

Все остальное – она умела сама.

Когда генералиссимус, регент и каудильо, почил в бозе  - испанское кино стало активно раздеваться. Словно до этого оно стеснялось только его.

Вероятно, она бы тоже смогла. 
Но ей уже стукнуло 47.

Я посмотрел «Королеву» в том возрасте, когда слово «кино» вызывало у меня единственную ассоциацию – «эскимо». И наоборот.

В силу каких-то обстоятельств, мне неизвестных, буфет в нашем сельском клубе открывали только к вечернему сеансу, попасть на который можно было только с родителями. Кино про любовь мне было неинтересно: буфетная стойка разжигала мой щенячий аппетит. А потом - эти волшебные клубы табачного дыма в лучах кинопроектора и живая русская речь, и запахи портвейна галерки: они были фантастическими!

Я был младше мальчиков Альмодовара и не смог полюбить Сару Монтьель. 
В детях Севера – либидо просыпается поздно.

Я искренне сочувствовал маме, которая не отнимала платка от своих, тогда еще красивых глаз, и дергал её за рукав, пытаясь понять - зачем Санти бросился в море?

А утром афишу сорвали и наклеили другую: Витя Шавочкин на своем голубом «Муравье» привез из города новое кино.

Вы не представляете, какая высокая трава на нашем сельском кладбище. 
Никто её не косит.